Патриоты на передержке: пара слов о стабильной идеологии

Павел Кухмиров 11.05.2021 15:31 | Альтернативное мнение 70

Фото отсюда

Патриотизм – замечательное слово. Кто бы и как ни пытался сделать его маргинальным, обозвать «последним прибежищем негодяев» — не получается. Просто потому, что за этим словом стоит нечто гораздо большее – возвышенное чувство, свойственное человеку априори. Интегрированное в его программный код. Причём, настолько глубоко, что его невозможно извлечь, не сотворив из человека абсолютного морального урода. Впрочем, не лучшим образом выглядят не только подобные манипуляции, но и попытки, так сказать, пользовать патриотизм не по назначению. А именно – затыкать им дыры, проделанные алчностью, трусостью и бездарностью. Это к примеру. Естественно, никого конкретного не имею в виду. Разумеется. Как иначе. Но таким же «нецелевым использованием» является манифестирование патриотизма в качестве государственной идеологии. Продемонстрированное не так давно. Ну, собственно говоря, а что здесь не так? Давайте об этом поговорим. С удовольствием поразмышляю вслух.

Сразу повторю то, что говорил уже многократно: безидеологичекий статус нашей страны и нашего общества – его ахиллесова пята. А так же преступная ошибка тех, кто уполномочен решать подобные вопросы. Следствие их системной некомпетентности. Как и подобные игры с патриотизмом. И здесь можно сказать с самого начала, что в качестве основной идеологемы патриотизм абсолютно беспомощен. Просто потому, что он не существует сам по себе. Патриотизм бывает очень разный. Но лично я разделил бы его на два вида. Образно говоря, это «патриотизм идеи» и «патриотизм страны». Ярким представителем первого типа был советский патриотизм. Конечно же, там были все атрибуты и любви к стране тоже. Но первичным там было другое: страну любили не саму по себе, а как нечто, несущее в мир коммунистическую сверхидею. Именно на этом основывалась советская патриотическая гордость. Тот патриотизм был мессианским. В случае же современной РФ идёт вполне очевидная претензия на патриотизм второго типа. Но вот только с ним не всё так просто, друзья мои. Задам вам вопрос: а что есть страна?

А пока вы думаете, сделаю большое лирическое отступление. Да не одно, а целых три.

Во время войны в Корее как-то раз приключился один занимательный случай, который очень любят приводить в пример некоторые наши «официальные патриоты» в качестве повода для высмеивания «пендосов бездуховных». Произошло следующее: некое американское подразделение отказалось воевать из-за того, что им не подвезли апельсиновый сок, вроде как положенный по контракту. И вот этот момент приводится, как пример отсутствие у оных американцев патриотизма, самоотверженности и тяги к превозмоганию. Только у меня внезапный вопрос: а что смешного-то? И почему, собственно, они должны были воевать? Нет, я понимаю, что слышать такое конкретно от меня по крайней мере странно. Но тем не менее: почему? Этот апельсиновый сок был им положен, как одно из условий для того, чтобы они воевали. Условие выполнено не было – они и не стали. В чём они неправы и почему из-за этого они плохие люди и не патриоты? А дело в том, друзья мои, что для превозмогания БЕЗ апельсинового сока требуется нечто гораздо большее, чем, к примеру, те же патриотические заклинания. Например, идея. А американский патриотизм – это как раз «патриотизм страны», а не идеи. Вся эта дичь о «граде на холме» — всего лишь успешный экспортный товар. А в сердцевине же там именно это. Что же понимают американцы под страной? А понимают они под ней некое сообщество, принадлежность к которому – большая радость, дарующая многие жизненные преимущества, включающие защиту и уважение. Некий «пакет преференций», который сообщество предоставляет своему члену. И да – апельсиновый сок в него тоже входил. Пусть и на данном локальном уровне.

А теперь будет ещё одно не менее лирическое отступление. Касающееся уже отнюдь не американцев. Буквально на днях я посмотрел ролик на ютьюбе, где бралось интервью одного паренька – полукровки с русской матерью и японским отцом. В Японии таких называют «хафу» — не очень хорошее слово, относящееся ко всем полуяпонцам. И отношение к ним там, в общем, не самое лучшее. А паренёк совсем молодой: живёт по факту на две страны, но при этом ему как раз время подходит паспорт получать и выбирать, чьё же гражданство принять (в Японии двойное гражданство не разрешено). Подчёркиваю: страну восходящего солнца парень явно не особо любит. Так вот ему задаётся вопрос: а если вдруг война начнётся между Россией и Японией – ты за кого пойдёшь воевать, если отойти в сторону не получится? На что парень практически без колебаний отвечает: конечно же за Японию, потому, что в ней к своим солдатам не относятся, как к пушечному мясу, а к воевавшим государство дружественно полностью. И в этом случае, говорит он, будет хотя бы шанс, что по итогу его не выкинут на обочину жизни, как отработанный материал. Вот такие дела. Специфический взгляд со стороны. Можно ругаться на этого паренька сколько угодно. Но может быть он не прав?

А давайте-ка вместо ответа перейдём к нашему третьему лирическому отступлению. Несколько дней назад была годовщина одного подвига, который совершили наши солдаты в Афганистане. 26 апреля 1985 года 12 наших военнопленных подняли восстание в лагере Бадабер  на территории Пакистана. Они уничтожили охрану, освободили 40 афганских пленных, после чего смогли захватить склад с оружием и боеприпасами, находившийся рядом с лагерем. На подавление восстания было брошено более 300 душманов из соседнего тренировочного лагеря – батальон против двух неполных взводов. Духам оказывали помощь западные иностранные инструкторы. Потом в операцию включились и солдаты регулярной пакистанской армии. Бой длился сутки – весь день и всю ночь. На следующее утро командовавший душманами известный полевой командир Бархануддин Раббани, осознав потери, которые понесли его боевики, вынужден был отдать приказ на применение тяжелой артиллерии. Одолеть наших бойцов смогли только системы залпового огня. Они накрыли склад с боеприпасами и в результате мощного взрыва погибли и еще оставшиеся в живых восставшие, и атаковавшие их душманы. Потери духов, иностранных наёмников и регулярной пакистанской армии составили более 200 человек (в том числе шесть американских инструкторов), а также утрата огромного склада с оружием и боеприпасами. Результаты боя с небольшой группой шурави были настолько разгромными и настолько позорными, что Пакистан их засекретил. Но знаете, что в этой ситуации главное? Что этот великий подвиг, реально эпический образец отваги и воинского духа, абсолютно забыт. Я более чем уверен: огромная част тех, кто сейчас этот текст читает, впервые узнаёт об этом от меня. Забыт он именно на официальном уровне. На уровне государства. Как и подвиги всех других «афганцев». Как отнеслось к ним нынешнее государство? Сами знаете. Я даже не говорю о том, как отнеслись к нашим же афганским союзникам. Которые пытались потом укрыться в РФ.

А какое отношение было к солдатам чеченской войны? Фраза «прокляты и забыты» — это ведь про них. И, наконец, как отнеслись к тем, кто воевал за Донбасс? К тем самым, кому нынешнее государство РФ «ничего не обещало». Причём, я подчёркиваю: нынешнее. Потому, что подобное отношение к своим солдатам свойственно именно ему: ни в советский, ни в имперский период такого систематического скотства не наблюдалось. И, знаете, ведь эта история именно про патриотизм.

Как и всё рассказанное выше. Это и есть те самые аспекты, которые формируют «патриотизм страны». Патриотизм сообщества. Особо одарённые граждане, конечно, могут возразить, что негоже мерять любовь к Родине подобными вещами. И вообще, любите берёзки, а если вам их мало – вы гады и сволочи. Но, во-первых, кто сказал, что любовь к Родине не должна быть взаимной? Без взаимности это в любом случае уже весьма нездоровые отношения. А, во-вторых, тем же японцам нежные чувства к родимой сакуре (никак не менее скрепной, чем наша берёзка) ничуть не мешают.

Так вот, отношение к солдатам – это только частный случай. Примерно такое же оно и к остальным категориям населения. Которому правящее сообщество тоже «ничего не обещало». И от которого оно настойчиво требует патриотизма.

То есть что получается: это требуемый ими патриотизм (который, напомню, есмь основа «стабильной идеологии») требует превозмогания, не давая взамен ни великой идеи, ни «пакета преференций». Удобно устроились, что тут скажешь.

Но вот только так не бывает. Потому, что такому патриотизму тоже «никто ничего не обещал». Патриотизм – не вещь в себе. Он всегда про что-то. И для его обоснования критически мало предлагаемого фетишизма с берёзками и кокошниками. А те, кто такое навязывает — не более, чем «патриоты на передержке». Если вы понимаете, о чём я.

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора

Популярное за неделю